Секс истории трахнул маму

Posted by

Секс истории трахнул маму

Только через опыт смерти человек может полностью вкусить жизнь.
Я не помню, кто произнес эти слова, но после полугодового пребывания в Афганистане, согласившись с этой сентенцией, я испытал довольно много этой жизни. Для меня миссия в этой стране была глупой и бессмысленной, как и все, что делали талибы и другие повстанческие группы. На моих глазах погибло так много боевиков и мирных жителей, к тому же без надобности. В начале службы я подумал, что это будет короткая экспедиция и быстрое возвращение домой, к любимой. Я убеждал себя, что в конце концов это всего лишь шесть месяцев, и это будет сделано в кратчайшие сроки. Если, конечно, я не умру. Но даже если бы это случилось, я бы умер счастливым. К сожалению, дни, проведенные здесь, тянулись бесконечно. Каждый следующий казался длиннее предыдущего.
Сил прибавила мне мысль о Майке, о том, что она с тоской ждет моего возвращения на родину и, конечно же, осознание того, что любит меня больше жизни. Находясь так далеко от нее, я понял, что все может существовать. Также Вечная любовь. Потому что человеку нужны такие вещи, ему нужна вера, что о нем кто-то думает и заботится.
Боже, как я ее люблю. Эта мысль появлялась каждый день во время моего пребывания в Афганистане.
Первые недели миссии были очень спокойными и скучными. Мы с Томом практически не покидали базу. Сначала мы должны были акклиматизироваться и привыкнуть к новому месту. Служившие здесь солдаты делились на две группы. Некоторые были рады остаться здесь. Было видно, что их распаляла энергия и желание сражаться. Другие-люди, находящиеся здесь по необходимости. Было видно, что это не место для них, это было написано на их лицах. Грусть, тоска и даже страх. Я находился где-то между этими двумя группами. Я скучал, это факт, даже очень. Однако я не чувствовал себя здесь совершенно чужим, офицерская школа в какой-то степени подготовила меня к таким приключениям.
Мой друг Томек возглавил эту первую группу. Он чувствовал себя здесь как рыба в воде. Это прирожденный воин. Он ничего не боялся и никого не боялся. Он всегда повторял:

  • Зачем жить, если не чувствуешь, что жив?
    После месяца скучной службы на базе нас с Томеком назначили в подразделение, выполняющее разведывательные задания. Мы прошли и посетили многие километры этой странной для меня страны.
    Я знал, что то, что мы делаем добро, не означает, что зло не найдет нас. Никто не обречен на победу. Мы могли бы выиграть, но мы могли бы умереть. Однако в основном это были мирные акции, туземцы не создавали больших проблем, чем ожидалось. Ситуации, когда нам приходилось пользоваться оружием, не обязательно из него стрелять, я мог пересчитать по пальцам обеих рук. Вопреки внешнему виду миссия в Афганистане в боевом плане прошла для меня довольно спокойно.
    Определенно больше происходило после выполнения задания и возвращения в отряд. Мы редко проводили вечера в бараках. Как и в годы, проведенные в армии, у нас было принято ходить в бары после наступления темноты. Таких мест не хватало. По большей части это были дешевые спелоны, но нам случалось бывать несколько лучше. Перед входом в бар лучшего стандарта всегда можно было встретить молодых, нуждающихся в деньгах девушек. Я старался не смотреть на них, не хотел привлекать к себе внимания. Я скучал по майке и физическому приближению. После целого месяца, проведенного вдвоем, полугодовой пост показался мне огромным наказанием. Гормоны гудели, а тестостерон бушевал в организме.
    Несколько раз я был близок к капитуляции. Примером может служить вечер, проведенный в баре после чрезвычайно тяжелого дня, когда мы уничтожили двух боевиков. Мы должны были отыграться. Решили в эту ночь дать покрепче в “горелку”. Мы пили резко и довольно быстро. Мы сидели на высоких табуретах у бара, разговаривая.
  • Что вы собираетесь делать по возвращении в польский? – спросил я друга.
  • Как это что? Ты не знаешь? – Томек сделал паузу – – конечно, сразу по возвращении я буду добиваться отъезда на следующее задание. Это не обязательно должен быть Афганистан. Есть так много других мест для посещения.
    С глуповатой улыбкой на лице он сделал глоток мерзкого напитка.
  • Больной ублюдок, – сказал я, подводя итог его планам.
    Концентрация алкоголя в наших венах уже была высокой, поэтому мой комментарий вызвал взрыв смеха из обоих глотков.
    Когда мы успокоились, Томек спросил::
  • А Ты? Что ты будешь делать, когда вернешься?
    Я задумался.
  • Я сделаю майке предложение и, конечно, больше не уеду на задание. Я бы предпочел остаться на месте, думаю, должность стратегического офицера была бы для меня лучшей, – ответил я и уставился на выпивку.
    Через некоторое время я добавил:
  • Я хочу быть с ней все время. Слишком много лет мы провели порознь, поэтому я не хочу снова ее покидать.
  • Я восхищаюсь тобой, старик, и иногда завидую тебе.
    Через час, когда мы уже были пьяны, к нам подошли две молодые проститутки. Томек сразу же сосредоточился на той, которая красивее. Он усадил ее себе на колено и заказал выпить. Вторая стояла рядом со мной и смотрела на подругу, уже распивавшую спиртное. Томек не терял времени даром, его руки изучали тело и округлости девушки. Я тихо рассмеялся, допил свой напиток и уже собирался вставать с кресла, когда почувствовал руку второй девушки на своем плече.
    Я оглянулся и удивленно посмотрел на нее. Она была молода, очень молода и немного напугана. Я пришел к выводу, что ему еще не исполнилось и двадцати лет.
    Томек на мгновение прервал ласку барышни и сказал::
  • Рафал, что бы ты ни сделал и что бы ни случилось здесь, все останется между нами.
    Я удивленно посмотрел на него, а девушка взяла другую руку и положила обе мне на грудь. Я был ошеломлен и почувствовал растущую эрекцию в штанах. Я уже хотел закрыть глаза и потерять себя в этих чувствах, как вдруг мой разум отрезвел, и я понял, что делаю.
    Я резко сбросил руки проститутки со своего торса и быстро вышел из бара, даже не допив свой напиток. Я встал у входа и вздохнул. Господи, это было так близко, подумал я. Вся эта ситуация заставила меня почти полностью протрезветь.
    Я вернулся на базу. Меня охватило непреодолимое одиночество. Не осознание близкой смерти сегодняшнего дня лишило меня вдруг всей моей сильной воли, а то, что я здесь один, без кого-либо, без тех, кого люблю, без майки…
    Войдя в свой барак, я понял, что сейчас только полночь. Я сделал быстрые расчеты и обнаружил, что в Польше 21:30. Я подумал, что сейчас самое время поговорить с Майкой. Я открыл пиво, спрятанное на черный день, включил ноутбук и запустил Skype.
    Мне повезло, Майка только что была подключена к сети. На установление связи ушло несколько секунд, а потом на экране я увидел ее.
    Как всегда, я не мог насытиться этим зрелищем. Она была прекрасна, и ее вид заставил мое сердце биться быстрее. Она сидела в самом халате, и волосы у нее были мокрые. Я понял, что она только что вышла из душа. Она обрадовалась, увидев меня, и на ее лице появилась та чудесная улыбка, которая очаровала меня со дня нашего знакомства.
  • Привет, дорогая, – сказала она. – Я так соскучилась по тебе.
    Мы разговаривали около часа, я рассказывал о сегодняшнем дне, пожалуй, самом кровавом за всю миссию. Майка слушала сосредоточенно и немного испуганно, когда я закончил рассказывать, сказала::
  • Рафал, я так боюсь за тебя.
    Даже сквозь передачу с небольшим разрешением я видел на лице Майки озабоченность, она не могла и, кажется, не хотела скрывать свой страх.
  • Не волнуйся, малышка, я не дам себя здесь убить. Не сейчас, когда я наконец вернул тебя.
    Ее улыбка, смешанная со слезами, осветила для меня ночь.
  • Майка, я здесь без тебя засыхаю, мне не хватает твоей близости, – она наклонила голову и подмигнула мне. – И, конечно,я не могу без Твоей Божественной задницы.
    Она рассмеялась.
  • Еще немного, и я начну ездить на ручном, – добавил Я со смехом.
  • О, нет, ты извращенка, ты смотрела!
    Улыбка не сходила с ее лица.
  • Пожалуйста, сделай это для меня.
  • Что… что ты имеешь в виду?
  • Ну, ты знаешь. Какой-то маленький шоу.
    Она расхохоталась.
  • О нет, забудь, – сказала она, продолжая смеяться.
  • Ты хочешь, чтобы я сошел с ума из-за отсутствия таких взглядов?
    Она сделала вид, что размышляет, но я знал, что она уже приняла решение.
    Она чуть раздвинула полицай халата, и на моем лице появилась ехидная улыбка. Она высунула проворный язычок и провела им по удивительно красным губам. Она посмотрела прямо в объектив веб-камеры и послала мне поцелуй на расстоянии, затем сунула руку под ткань халата и прикусила нижнюю губу. Она резко сбросила с плеч халат, и вдруг моим глазам предстала небольшая, но красивая грудь. Мелкими пальцами она ущипнула свои затвердевшие соски, закрыла глаза и откинула голову назад. Она громко выпустила воздух изо рта, и я уставился на экран, как загипнотизированный. Я услышал ее тихие стоны, когда одной рукой она начала разминать грудь, а другой скатилась вниз, к плоду своего наслаждения. Должно быть, это доставляло ей огромное удовольствие, потому что я видел, как она облизывает губы, а средним пальцем массирует свой влажный клитор.
    Я почувствовал, что мой пенис уже приобрел мужскую форму, и у меня было такое сильное желание взять ее на руки и наброситься на себя. Я сильно подбросил ее бедрами вверх, чтобы она резко опустилась обратно на мою твердую мужественность, заполняя каждый миллиметр ее великолепной женственности.
    Майка слегка откинулась в кресле, села почти боком. Она поставила ногу на спинку кресла, и тут моим глазам предстал прекрасный вид на ее тщательно выбритую щель.